Набросок

Жанна давно перестала ждать чего-то от людей. По крайней мере, она пыталась себя в этом убедить, после того, как немного стихала боль, после очередного разочарования. Она стремилась быть взрослее, считая, что это значит перестать ошибаться и жить иллюзиями. Контроль, всегда должен был быть контроль надо всем. Ощущать, что все идет так, как ТЫ того хочешь.

Всегда можно изменить либо ситуацию, либо свое отношение к ней. Только сложно вспомнить, что ты за штурвалом своей каждодневной жизни. Некоторым людям нравится впадать в панику из-за мелочей. Это как своеобразная доля адреналина, которой не хватает в их существовании. Потрепать свои нервы, сорваться на ком-то, жалеть, что сорвался, переживать муки совести и чувствовать облегчение после прощения.
далее

“Все с завтрашнего дня я начинаю новую жизнь”, говорила она себе. Каждый понедельник казался началом новой эры, чистой страницей. Вся неделя прошедшая в поисках себя или попытках доделать то, что осталось с прошлой клятвы переосмыслить свое существование, словно жвачка тянулись вот уже почти два месяца.

А пока воскресенье, то можно было снова нагрешить – просидеть весь день за компьютером, создать еще одну кучу хлама в комнате, написать пару легкомысленных строчек или пытаться разгадать, о чем сейчас думает он. Последнее занятие приносило наибольший ущерб ее нервной системе. Пытаясь разрушить один стереотип, она создавала другой. ее непостоянство бесило ее саму: то она хотела, чтобы он был недосягаемый и гордый, то бесилась, что он уделяет ей мало внимания, то сама решила стать холодной и беспристрастной, но срывалась и бежала писать СМСки ему.
(more…)

В голове играет песня,
За окном уж солнца нет,
Ты смотри, тепло оденься.
Ведь у вас там выпал снег.

А у нас сейчас лишь осень,
и деревья в наготе,
Почему грустишь, ты спросишь.
Сам растаешь в темноте.
(more…)

Висит гитара на стене,
Она покрыта слоем пыли,
Теперь она одна во тьме.
Ее забросили, забыли.

И не ласкают струны руки,
И не натягивают колки,
Но навсегда ль затихли звуки?
А душу все щемят иголки.

И песня в тишине умолкла,
И выпала из рук гитара.
Теперь валяется без толку,
Наверное, стала слишком старой.

Шагает по улице девочка-дождь,
Вздымая волны листвы на ходу.
Другая чем все, такой не найдешь,
такие как звезды – исчезают к утру.
Она свободна, как листья в полете,
В движении проводит каждый свой день.
Она живет как вы не живете,
Она теплый свет, а не чья-то там тень.

Легка и беспечна как стрекоза,
Она живет одним лишь днем.
Но теплой грусти полны ее глаза,
когда с улыбкой говорит о нем.
Она серьёзна, когда с кем-то спорит,
Тихо смеётся, смотря на ошибки,
Ей тяжело быть долго в ссоре,
И ей прощают всё за улыбку.

Девочка-дождь как домашняя кошка,
Любит вечерами сидеть у окна.
Глядеть на прохожих с грустью немножко,
И думать о том, что она не одна.

P.S. спасибо Alli за его ИМХО) и за своеобразную редактуру)

Вам никогда не приходилось встречать людей. которые словно светятся мягким светом изнутри, но глаза у них такие грустные, и такие глубокие, что кажется, откуда свет в такой печали?

Иногда возникает ощущение, что вся твоя жизнь держится на одних струнках внутри тебя. Они тихо звенят и не каждый способен уловить их мелодию. И каждый раз, при потрясениях, радости, печали и скорби, они натягиваются, а иногда готовы вот-вот лопнуть. И когда это случится, ты просто перестанешь быть.

Бывает так, что люди, которые касаются этих струн, не замечают всей их хрупкости, и со всей силы ударяют по ней, пытаясь сделать твою музыку громче. А мелодия обрывается, и слышны только удары пальцев по струнам. Но каждый играет как может. А музыкантов выбираешь ты сам. И даже если иногда они рвут твои струны, ты не можешь не играть свою мелодию.

Грустные улыбки людей, это та же мелодия, но сыгранная любимыми людьми.

“Где-то есть корабли…катастрофически тебя не хватает мне…и горячие губы твои, мы срослись плавника

Жара…За окном воздух, казалось плавил все вокруг. Ася сама не заметила, как проснулась. Через одеяло проглядывало обнаженное тело. Постель была такой теплой, даже обжигающей, но все равно не хотелось ее покидать. Подушка была уже не приятно прохладной, а измученной, мятой и совсем не комфортной.

“М-м-м, а какой же не снился сон”, тщетно пыталась она вспомнить. Помнится, что в нем был очередной Прекрасный Принц, который менял свой лик в зависимости от мыслей прошедшего дня. Часто Ася во сне мечтала быть с кем-то из своих знакомых, с которыми в жизни приходилось соблюдать субординацию. Она была очень миловидна, не обладала модельной фигурой, и, собственно, в ее теле имелись некоторые изъяны. Она все это знала, но взгляды, которые она ловила на себе, говорили ей о том, что мужчинам все равно. Она была желанна, притягательна и недоступна.

Еще…